Записи с темой: английская литература (список заголовков)
03:22 

Э.М.Форстер, Зигфрид Сассун, Т.Э.Лоуренс. История дружбы. 1 ч.

Я отвлекусь от историй о любви в жизни Форстера и расскажу о важной для него дружбе с Зигфридом Сассуном и Т.Э.Лоуренсом.
Э.М.Форстер впервые увидел Лоуренса, "Принца Мекки", в 21 году на приеме в лондонском доме эмира Фейсала. Не знаю, как себе представлял Форстер новую знаменитость, но увидел он "невысокого белокурого мальчика" (Лоуренсу было ему тогда уже 33 года, но в жизни, в отличие от фотографий, он всегда казался моложе своего возраста). Под впечатлением от рассказов о подвигах полковника Лоуренса (который, кстати, был на самом деле не Colonel, a Lieutenant Colonel), Форстер написал тому восторженное письмо, но ответа не получил. Затем Форстер уехал в Индию. В 1922 году, вернувшись в Англию, он познакомился с Зигфридом Сассуном, тоже модной знаменитостью - героем войны и выдающимся поэтом, чьи стихи знал наизусть Уинстон Черчилль (о его секретаре Эдварде Марше и говорить не стоит). Сассун на войне за безрассудную храбрость был прозван солдатами Mad Jack (это в знак восхищения, не сомневайтесь) и награжден орденом Воинский крест. Орден он, по его словам, в знак протеста против войны выбросил в реку, возвращаясь домой с фронта.
В связи с чем нужно сделать отступление. Недавно я искала материалы о дружбе Лоуренса и Сассуна и нашла заметку 1998 года: из документов военного времени стало известно - Лоуренс говорил неправду о том, что до поступления в Оксфорд, убежав из дома в 16 лет, завербовался в армию (т.е. из дома-то он, может, и убегал, но в армии тогда не служил). А рядом была заметка о Сfассуне, который по контрасту казался истинным героем. Правдивым, помимо прочего. Тогда я пошла по следующей ссылке и обнаружила, что в 2007 году на чердаке дома Зигфрида Сассуна была обнаружена та самая медаль, которую он якобы выкинул в реку. Ну, по крайней мере то, что он ее заслужил на войне своей храбростью, правда. А остальное напоминает читателям о том, что не всякому заявлению писателя (да и кого угодно) следует верить, даже если оно напечатано. Напоминаю, что многие исследователи считают выдумкой рассказ Лоуренса о том, что с ним сделали турки в Дераа, хотя другие основывают на этой истории все свои объяснения его жизни после войны.
Но возвращаюсь к дружбе Сассуна с Форстером. Поэт был очарован новым другом, только записал, что не испытывает к нему сексуального влечения, хотя гомосексуальность их сближает. А вот от Роберта Грейвза, друга военного времени, Сассун начал постепенно отдаляться: Грейвз пытался отделаться от своего прошлого, объясняя прежние гомосексуальные связи губительным возлиянием частной школы). Форстер казался Сэссуну "настоящим другом" и "милейшим из людей" (тут он был прав), с которым общаться легко и приятно, хотя рядом с ним поэт и ощущал себя недостаточно интеллектуальным. Сассун показал Форстеру свои тайные дневники, а тот в ответ дал прочитать ему роман "Морис".
С Лоуренсом же Сассун познакомился еще раньше, чем с Форстером. "Маленький человек в длинном грубом коричневом пальто, выглядевшим купленным в магазине готового платья"; странная маленькая фигурка в темном комбинезоне и со смуглым чумазым лицом" - последнее описание относится к периоду, когда Лоуренс начал уже свои "хождения в народ", завербовавшись сперва в авиацию под именем Джон Хьюм Росс, а потом, когда его исключили оттуда (после шума поднятого прессой, обнаружившей, что легендарный герой стал рядовым) в танковый корпус под именем Т.Э.Шоу. Снобистский оттенок в отзывах Сассуна биограф объясняет его происхождением из богатой семьи. Влюблялся он обычно в красивых юношей, намного моложе себя. Лоуренс не показался ему сперва очень привлекательным, даже несмотря на его громкую славу. Трудно было ожидать, что скоро все изменится и, увидев Лоуренса, внезапно зашедшего к нему в гости, обычно самоуверенный Сассун будет метаться взад-вперед по комнате по комнате, беспорядочно жестикулируя и задавая бессвязные вопросы, словно не веря чуду. А объяснялась эта перемена тем, что Сассун прочитал присланный ему Лоуренсом экземпляр первого варианта "Семи столпов мудрости". Автор сам отпечатал эту книгу в Оксфорде в количестве восьми экземпляров и отослал тем, кто, как ему казалось, мог ее оценить, тем, перед кем он сам преклонялся: Бернарду Шоу, Томасу Гарди, Киплингу. И Сассуну, о котором Лоуренс в письме художнику Уильяму Ротенштейну писал так: "Сассун поднялся выше всех из нашего военного поколения". Он восхищался энергией и огнем его поэзии и "более спокойным очарованием его прозы".

@темы: английская литература, Э.М.Форстер, Лоуренс Аравийский, Зигфрид Сассун

12:16 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
14:37 

О друзьях юности из воспоминаний И.Во (интересно написано, хотя о Лигоне тут нет)

"Первый друг, к которому я был очень привязан, не получал удовольствия от выпивки, и в результате наша дружба распалась.
Это был Ричард Пэйрс, винчестерец из Баллиола, с правильными чертами бледного лица, копной светлых волос, невыразительными голубыми глазами, фантазер в духе Лира — Кэрролла, как многие винчестерцы из Баллиола. Я нежно любил его, но стоило ему выпить немного лишнего, и его тут же выворачивало, и это воздвигло непреодолимый барьер между нами. Меня тянуло на откровения, а его в это время начинало рвать.
...
Гаролд Эктон, будучи еще на первом курсе, выступал с неподражаемым остроумием.
И он на всю жизнь остался мне другом. В моих романах есть персонажи — Амброуз Силк и Энтони Бланш, — в которых читатели пытаются увидеть сходство с Гаролдом, к его и моей досаде. Там есть несколько случайных совпадений. Писатель, садясь за рабочий стол, не свободен от пережитого и воспоминаний. Жизненный материал, из которого он черпает, — это смесь всего, что он видел и делал. Но ни в одном из упомянутых персонажей я не пытался дать портрет Гаролда. Если бы я мог сделать это сейчас! Его собственные «Мемуары» совершили этот опасный подвиг....
Происхождения Гаролд самого космополитичного, как Хьюберт Дагген, но, в отличие от Даггена, он не страдал от недостатка женской компании. Стройный, со слегка восточными чертами лица, с мелодичной и звучной речью, своеобразием своего словаря обязанной в равной степени Неаполю, Чикаго и Итону, он вознамерился покончить с эстетами старой выучки, которые еще кое-где уцелели в сумерках 90-х годов, а заодно с живущими простецки, обожающими природу, народные песни и пешие прогулки неряшливыми наследниками «георгианских» поэтов. Странно, что мы подружились с ним, ибо в юности мои вкусы кое в чем совпадали со вкусами тех поэтов. Что, думаю, было между нами общего, то это, так сказать, «ощущение полноты бытия», тяга к разнообразию и абсурдности жизни, открывающейся перед нами, преклонение перед артистами (разными у него и у меня), презрение к подделке. Он всегда был лидером, я — не обязательно — ведомым. Его кругозор был намного шире моего. Я был истинным продуктом островной английской культуры. В самом деле, в девятнадцать лет я еще ни разу не пересекал море, не знал современных иностранных языков. Гаролд как бы приблизил остальной мир с его флорентийскими гигантами живописи и парижскими новаторами, Бернсоном и Гертрудой Стайн, Магнаско и Т.С.Элиотом, а прежде всего троицей Ситуэллов, которые были предметом его восхищения и особой любви. Когда мистер Бетжемен был еще школьником и драил церковную медь, Гаролд уже коллекционировал предметы эпохи королевы Виктории. Я тогда отдавал предпочтение Ловету Фрэзеру (возможно, забытому ныне иллюстратору и рисовальщику, который был продолжателем стиля «братьев Бикерстафф») и Эрику Гиллу. Гаролд далеко увел меня от Фрэнсиса Гриза к барокко и рококо и к «Бесплодной земле» Элиота. Тогда он был еще не таким эрудитом, каким стал позже, но исключительно восприимчивым к любой моде в литературе и искусстве, ярым их апологетом, дотошным и несерьезным, забавным и активным. Он любил шокировать, а потом извиняться с преувеличенной вежливостью. Он и сам бывал шокирован и судил весьма строго всякий раз, когда увиденное или услышанное входило в противоречие с его конкретным и своеобразным пониманием того, что прилично, а что нет. Свойство, традиционно присущее оксфордским эстетам, а именно: вялость, он презирал. Он был католиком, но в свою веру не обращал; не часто он бывал и в обычных папистских университетских кругах, но именно на собрании Ньюменовского общества, куда меня затащил Эсме Говард (друг из Нью-колледжа, двоюродный брат моей будущей жены, умерший трагически рано, который ни разу не бывал в «Клубе святош») послушать Честертона, я и познакомился с ним, с чего и началась, как уже говорил, наша дружба, несмотря на всю нашу несхожесть. Я, конечно, был несколько ослеплен его явным превосходством по части жизненного опыта, но это не стало основанием покровительственного отношения с его стороны или зависти — с моей. Среди хартфордских «отбросов» был удивительно красивый «спортсмен», с которым Гаролд вознамерился завязать романтические отношения. Именно то, что сей Адонис почти ежедневно бывал у меня, заставляло захаживать и Гаролда, хотя и наша компания, и то, чем мы угощались, были ему не очень по вкусу. Пока мы пили пиво, он потягивал водичку и не сводил страстного взгляда с неприступного юного атлета.

Роберт Байрон ... По восемнадцатилетнему Роберту с трудом можно было представить, что он предпримет опасные путешествия и с такой неистовой страстью окунется в изыскания. Тогда он был такой же островной натурой, как я («К черту заграницу!» — обычно кричал он, когда упоминали о путешествиях), только еще более невежественным. Эта невежественность была его своеобразным преимуществом, потому что побуждала с неослабевающим воодушевлением стремиться к открытиям даже давно известных фактов и мест. Помню его недоумение и досаду, когда он попытался выдать за свое путешествие, описанное в одной из моих любимых книг — «Фарос и Фариллон» Э. М. Форстера. «Ну откуда ты все это знаешь? Где ты это нашел? Кто тебе об этом рассказал?» В школе или в университете он мало чему научился и впоследствии был склонен думать, что преподаватели и доны в собственных интересах скрывали от него знания, которые он потом получил самостоятельно. Все, что ему пытались преподать — античных авторов и Шекспира, — он отбросил, как фальшь. В последующие годы он заявлял, что уважает Фаулеровский словарь «Современного общеупотребительного английского языка», но так и не научился писать изысканно и без ошибок. У него был талант на рассказ с острым, запутанным сюжетом, пикантный анекдот, легкий абсурд. Позже его интересы стали намного шире, но в Оксфорде он был совершеннейший клоун, притом очень хороший.

Он был низкорослый, толстый и тягостно, до неприличия некрасивый. Лицо желтое. Он имел явное сходство с королевой Викторией в пору ее пятидесятилетнего юбилея и часто этим пользовался на маскарадах. Он боролся со своей непривлекательностью, как другие до него, тем, что доводил ее до гротеска. Любил надеть яркий костюм, охотничью шляпу, желтые перчатки, пенсне в роговой оправе и вдобавок говорить с простонародным акцентом. Смотрел злобно, вопил и огрызался, впадал в ярость, иногда настоящую, иногда наигранную — понять было нелегко. Каждый раз, как он появлялся, что-то происходило: то он падал на улице, симулируя припадок эпилепсии, то вопил прохожим с заднего сиденья машины, что его похитили. Он почти во всем был полной противоположностью элегантному и учтивому Гаролду. Гаролд был богат и известен в интернациональной среде высшего света; Роберт — беден и полон решимости — Бог свидетель! — не поступаясь достоинством, но пробиться в мир власти и моды; и это ему удалось. Гаролд всю жизнь провел среди произведений искусства; Роберту они были в диковинку, и когда он видел что-нибудь стоящее, то буквально был вне себя или от восторга, или от возмущения. Или: «Почему же об этом никто не знает?» (тогда как любой, кому это было интересно, все прекрасно знал), или «Хлам! Мерзость! Мусор!» (и это о многих признанных шедеврах). Гаролд от вина иногда приходил в легкомысленное настроение. Роберт, подвыпив, тупел, становился агрессивен, задолго до наступления вечера засыпал, представляя собой непривлекательное зрелище. За все это его очень любили и, больше того, восхищались им. Мне он нравился, и до конца беспокойных 30-х, когда его произвольные суждения стали, на мой взгляд, окончательно невыносимыми, я получал большое удовольствие, находясь в его компании.

О том, с кого "списаны те персонажи моих романов, которых часто ошибочно отождествляют с Гаролдом Эктоном": "Звали его Брайан Говард — выбор сего патронима был блажью его отца, по общему мнению, урожденного Гэссавея. У меня нет сомнений, что, прежде чем мы умрем, кто-нибудь, не я, напишет мемуары о Брайане. Его жизнь — благодатный материал для анекдота. Все, что пока появилось, — это «От Оскара до Сталина» Сирила Конноли (представленная публике под названием «Куда Энгельс боится ступить»), блистательная сатира на 1937 год, в которой, между прочим, собственная жизнь Сирила в студенческие годы увидена глазами озлобленного парии. Брайан, появившись в колледже, решил показать, что среди всех искусств предпочитает спорт. В Буллингтонский клуб он вступать не стал, но в Гринде бывал. Больше того, в исключительно снобистские времена, которые наступили сразу после меня, он умудрился стать больше чем просто шутом — арбитром для беспечных аристократов, которых он заставил перемениться в собственном романтическом духе, как молодой Дизраэли, вдохновивший движение «Молодая Англия». «Доверяйте лордам» — такой девиз был начертан на флаге в его комнате на день его рождения, и ныне есть много умиротворенных пэров, которые могут подтвердить, что развлечениями своей юности во многом обязаны Брайану. Порой он беспокоил их, к примеру, когда «спортсмены» Тринити-колледжа расстроили вечеринку, на которой он присутствовал, и заставили гостей разбежаться, он пригрозил: «Мы скажем нашим отцам, чтобы они повысили вам арендную плату и выселили вас». В такие моменты, думаю, он действительно верил, что Гэссавей был королем вигов. Он был безнадежным гомосексуалистом, жертвой последовательных обманов и покончил с собой, едва успев наконец разбогатеть.

В девятнадцать лет он был напорист и надменен, умел намного талантливее Роберта отбрить противника, отличался невероятной элегантностью, характерной для романтической эры за столетие до нашей. Безумный, скверный и опасный, чтобы знаться с ним". О нем у меня тут

Ивлин Во: Недоучка (фрагменты автобиографии)
Ссылки

Рисунок Ивлина Во: Т.С. Элиот, О.Хаксли, сам Во и Э.М.Форстер.

@темы: Ивлин Во, английская литература

18:59 

"Меня раздражают люди, низводящие всю историю до уровня сентиментальной трагедии".

В комментариях к моему посту Пишет FleetinG_:
17.08.2009 в 18:45

А вот что именно писал Бернард Шоу к Роберту Россу (13 марта 1905 года) по поводу "комедийности" De Profundis:
Дорогой Росс,
я написал статью об Уайльде для венской «Нойе фрайе прессе»! Меня так и подмывает влезть в рубрику читательских писем «Сэтердей ревью», с письмом, излагающим мнение о «De Profundis» как о произведении комедийном. Это действительно замечательная книга, совершенно жизнерадостная и увлекательная в том, что касается Уайльда, и совершенно постыдная и позорная для его глупых мучителей. В ней есть боль, беспокойство, досада, но нет ощущения несчастья, нет подлинной трагедии, одна комедия. читать дальше
Шоу примерно то же и Ф.Харрису писал:
«Баллада» и «De Profundis», на мой взгляд, делают Оскару честь тем, что искренне и взволнованно выступая против жестокости нынешнего режима по отношению к детям и вообще заключенным, он не оговаривает и не оплакивает исключительность собственной участи среди этих страданий. Кроме единственного места в «De Profundis», где он описывает свое пребывание в Клэпеме, во всем тексте нет буквально ни одной строки, которая не могла бы появиться и пять лет назад на сугубо литературной почве. читать дальше
Я, что касается Уайльда, ориентируюсь не очень хорошо - но мне стало легче понять эту точку зрения, когда пришло на ум, что ведь сказки его написаны до процесса...
URL комментария

@темы: английская литература

16:10 

Портреты, нарисованные Уильямом Ротенштейном.

Ротенштейн и Бирбом в молодости
Я читала мемуары Уильяма Ротенштейна, художника, друга Макса Бирбома, нашла там много о Лоуренсе. К сожалению, портреты Лоуренса его работы находятся только маленькие. Зато я нашла сделанные им портреты других, интересующих меня людей - от Роберта Росса до Э.М.Форстера и Зигфрида Сассуна. Начну с портрета Ротенштейна, сделанного Сарджентом, и портрета Сарджента, сделанного Ротенштейном.
Ротенштейн и Сарджент
Шарж на Уайльда

Люди, из окружения Уайльда.7
+8
Сассун, Форстер, Лоуренс

@темы: Зигфрид Сассун, Кейсмент, Лоуренс Аравийский, Художники, Э.М.Форстер, английская литература

13:22 

Зигфрид Сассун в "Молодом Индиане Джонсе"

Искала один текст о дружбе Зигфрида Сассуна и Э.М.Форстера с Т.Э.Лоуренсом и нашла видео "Молодой Индиана Джонс, Зигфрид Сассун и Роберт Грейвз". Умилительно. Т.Э.Лоуренса в этом сериале я видела, а вот про то, что Индиана Джонс общался и с Сассуном, не знала. Я сперва не догадалась, кто из них Сассун. Хотя он как раз похож чертами лица.

А это Сассун с Грейвзом в жизни, но уже не на войне, а в гостях у леди Оттолайн Моррелл. И фотография Сассуна от sige_vic

Хелен Миррен читает стихотворение Сассуна.

@темы: кино, английская литература, Зигфрид Сассун

01:08 

Чужая статья о прототипе отца Себастьяна Флайта

Я писала тут о прототипах Антони Бланша и Себастьяна Флайта, причем сделала оговорку: у Себастьяна было, собственно, два прототипа. Стивен Теннант был самым ярким воплощением такого типа молодых людей - и самым красивым. Но дружба Чарльза и Себастьяна явилась отражением личных отношений между Во и его однокурсником в Оксфорде, сыном 7 графа Бичема, Хью Лигоном.Недавно в Sunday Times появилась статья об отце Хью Лигона, а потом ее перевели на русский язык. В статье пишут Бошамп, что звучит на французский лад. Однако Beauchamp — Beecham, а Lygon — Liggon
"Неужели Бошамп только что шепнул дворецкому: "Je Je t’adore’?", - подивился один из гостей как-то. "Чушь. Он сказал: "Shut the door", - спас честь хозяина дипломат Гарольд Николсон*, хотя прекрасно знал о нравах усадьбы.
Бендор сообщил королю, что тот наградил орденом Подвязки развратного гомосексуалиста. По слухам, король воскликнул: "Как! Я думал, такие люди всегда пускают себе пулю в лоб"...Его известили, что выдан ордер на его арест. Бошамп сообщил детям за ужином, что может спасти свою честь, лишь покончив с собой, но постарается выдать самоубийство за несчастный случай. Дети попытались его отговорить. Бошамп подписал письменное обещание никогда не возвращаться в Великобританию.

Источник
Оригинал From The Sunday Times August 9, 2009 Sex scandal behind Brideshead Revisited
*Переводчик выкинул из статьи объяснение, что Гарольд Николсон и сам был гомосексуален. Он был женат, кстати, на Вите Сэквилл-Уэст, любовнице Вирджинии Вулф.** Ноэль Коуард и герцог Кентский.
Портреты
Другие статьи на английском

@темы: английская литература, Ивлин Во, история гомосексуальности

18:07 

"Корпишь над стилем. Стараешься писать как можно лучше. Не жалеешь сил, добиваясь простоты, ясности. Радеешь о ритме и соразмерности. Читаешь фразу вслух, чтобы проверить, хорошо ли она звучит. Выматываешь все жилы. Однако четыре величайших за всю историю человечества романиста - Бальзак, Диккенс, Толстой и Достоевский - писали не слишком хорошо, и от этого факта никуда не уйти. А это доказывает, что если ты умеешь рассказать историю, создать характер, развернуть действие, если у тебя есть искренность и темперамент, неважно, как ты пишешь. И тем не менее, лучше писать хорошо, чем плохо."
Сомерсет Моэм. Записные книжки. 1941г. (По изданию М.1999)
Кстати, вспомнилось, где-то читала (у Шкловского?), что, по черновикам Толстого видно — он изменял фразы, казавшиеся ему слишком гладкими и красивыми, т.к. его это раздражало, казалось ложью.

@темы: литература, английская литература, Сомерсет Моэм

16:25 

Как de profundis, так и in excelsis

sige_vic пишет дальше о Робби Россе. Мне понравилось такой эпизод: экземпляры издания "De Profundis" он "по традиции разослал друзьям и знакомым – и ему пришло много эмоциональных откликов. Джордж Александр, например, выразился лаконично и прочувствованно: «Я пролил много слез». А вот Джордж Бернард Шоу нашел произведение весьма забавным (точно так же, как он находил в свое время и самого Оскара) – мол, «спасибо, посмеялся» :-) Т.к. он был большим любителем сатирического бичевания английского общества – то обнаружил его и в De Profundis, заявив, что «британская пресса была наголову им разбита – как de profundis, так и in excelsis».
(пост sige_vic)
Джордж Бернард Шоу в своем амплуа. Ему почти всё казалось смешным.:D
читать дальше

@темы: английская литература

00:30 

Э.М.Форстер. "Гривна".

ГРИВНА

читать дальше
1954 г.
Перевод А.Куприна. Из сборника "Морис. Роман. Рассказы" Глагол 2000 г.
В оригинале рассказ называется "The Torque". Был включен в посмертный сборник The Life to Come and Other Stories
Оригинала у меня нет.

@темы: Э.М.Форстер, английская литература, античность

00:29 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
14:24 

Naked wrestlers

Не могу найти опять видео - знаменитую сцену из "Влюбленных женщин" Кена Рассела, в которой показана борьба двух обнаженных мужчин. Везде она, оказывается, удалена. Зато я нашла фотографии, на которых рестлеры конца 19 и начала 20 века борются обнаженными.
8 фотографий с обнаженными+1 с одетыми
Как это описано в романе
Дэвид Герберт Лоуренс "Женщины в любви"

@темы: кино, английская литература, male nude, фотографии

13:45 

"Эта ерунда, может быть, единственное, с чем стоит считаться в этом мире."

Джиоева А.А.
АНГЛИЙСКИЙ МЕНТАЛИТЕТ СКВОЗЬ ПРИЗМУ КЛЮЧЕВЫХ СЛОВ: PRIVACY.
Статья
А на меня когда-то огромное впечатление произвел диалог:
Они станут говорить: “Уэлларды сегодня затопили камин в гостиной”. Это полностью разрушит мою частную жизнь. Будь я проклят, если допущу это.
Это из романа Алана Милна, который любит Llyd, Two People (1931), в русском переводе - "Двое" . А вот оттуда же описание того дома, о котором идет речь:
читать дальше

@темы: язык, английская литература

00:12 

На английском языке.

В 1902 году Э.Карпентер издал книгу "Ioläus: An Anthology of Friendship" - антологию гомоэротической поэзии с очерком истории "дружбы" (на самом деле, однополой любви в ее духовных и эмоциональных проявлениях) у разных народов. Давид и Ионатан, Ахилл и Патрокл и так далее. Там, кстати, не были забыты и женщины, хотя, понятно, о них было меньше (меньше сведений сохранила история): есть, например, упоминание не только о Сафо, но и о королеве Анне и герцогине Мальборо. Гомосексуальная любовь была изображена там несколько односторонне: физиологическая ее сторона замалчивалась, т.к. целью книги было не напугать непривычных к таким вещам поствикторианцев, а, напротив, сделать для них мысль об однополой любви более приемлемой.
Книга имела большой успех и была прозвана книготорговцами "Библией содомитов".
читать дальше

@темы: история, женщины, гомоэротизм, античность, английская литература

22:30 

Эвфемизм

Прочитала, что в начале 20 века в Англии немолодые мужчины представляли своих молодых любовников в обществе как "племянников" ("принятый в английском высшем свете эвфемизм").
Queer episodes in music and modern identity. Sophie Fuller, Lloyd Whitesell 2002 Стр. 227
Написано это было в связи с Фрэнком Шустером, сыном немецкого банкира, другом Уайльда и и братом Аделы Шустер (знакомой многим тоже по биографии Уайльда). Он был поклонником музыки Элгара и много потратил денег на его карьеру, однако композитор не одобрял отрыто гомосексуального образа жизни Шустера, этих самых "племянников", поэтому обращался с ним иногда очень холодно (это когда уже прославился и не особо нуждался в помощи). Зигфрид Сассун писал в дневнике, что сам наблюдал однажды, как Элгар третировал своего почитателя, из чего сделал вывод, что композитор эгоист, безразличный к чувствам других. Авторы книги, откуда я все это взяла, замечают, что Элгар, вероятно, и нелюбезен-то с Шустером был в тот раз из-за Сассуна, поскольку те пришли вместе и композитор мог принять молодого поэта за одного из "племянников" мецената. В скобках они же добавляют, что Сассун неожиданно так понравился Элгару, что тот "предлагал поэту в двух отдельных случаях совместную поездку на машине композитора". Но сам Элгар, подчеркивают авторы, гомосексуалистом не был.

@темы: слова, английская литература, Зигфрид Сассун, история гомосексуальности

02:30 

Герберт Эрнест Бейтс (1905-1974) "Пунцовой розы лепесток уснул".

03:12 

"У нас есть Смородина, - сказали мы, - много Смородины. И Крыжовник."

Наше заявление, что в Англии тоже растут фрукты, было встречено с плохо скрытым недоверием.
- Вы же сами признаете, что у вас нет ни вина, ни апельсинов, ни оливок, ни фиг, - развел руками хозяин. - Откуда же у вас могут быть яблоки, груши или сливы? Всем известно, что в Англии не растут и не могут расти никакие фрукты - лишь одна картошка. Зачем вы рассказываете небылицы?
Было ясно, что мы выглядим вралями и самозванцами.
- Но у нас и в самом деле растут фрукты, - кротко твердили мы. - Более того, у нас растут такие фрукты, каких и у вас нет!
Подавленный смех и презрительные ухмылки, встретившие наше утверждение, разбередили в нас патриотическое чувство.
- Какие же такие фрукты у вас могут быть, каких у нас нет? Да вы просто шутите! Назовите же эти фрукты - ваши сказочные фрукты!
- У нас есть Смородина, - сказали мы, - много Смородины. И Крыжовник. А еще Венгерка!
- Что это значит Смородина и Крыжовник? Какая такая Венгерка? - в ярости воскликнули все присутствующие. - Ничего подобного не существует - это вздор и чепуха!

Эдвард Лир.Из писем и путевых дневников
«Иностранная литература» 2009, №6 Весь текст

@темы: английская литература

15:17 

Стала замечать, что Флоренс Крэй (Florence Craye), одна из "невест" Берти Вустера, перестала вызывать у меня раздражение, а стала казаться, как это ни странно, симпатичной. Не могу относиться плохо к девушке, о которой пишут, что она, мол, постоянно общается с интеллектуалами из Блумсбери*(Jeeves and the Feudal Spirit (Bertie Wooster Sees It Through). Особенно учитывая то, что я очень люблю Э.М.Форстера (как человека, а также за эссе и некоторые рассказы). Представлю, как Флоренс за чаем беседует с Форстером о Марселе Прусте, и не кажется она мне такой уж мегерой. Хотя в жизни одно другому не мешает. А еще про Флоренс тетя Далия говорила Берти, что, если он на ней женится, то и сам не заметит, как она заставит его читать Одена.
*Кон кратко о группе Блумсбери:читать дальше
читать дальше

@темы: Э.М.Форстер, Вудхауз, английская литература

23:01 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
02:21 

O our Lady of Torture

Дневник tes3m

главная