Записи с темой: э.м.форстер (список заголовков)
15:04 

Читала русские переводы "Шекспира" Акройда и "Дневника писательницы" Вирджинии Вулф, а сегодня дочитала и биографию Шекспира. Этот "Дневник" Вирджинии Вулф — только часть ее дневников — то, что имеет отношение к литературе. Поэтому тут, разумеется нет записи о buggers, а я-то надеялась посмотреть, как переведут. У меня трудности с переводом этого слова в текстах того времени: получается или недостаточно грубо, или слишком современно.
читать дальше

@темы: Вирджиния Вулф, Шекспир, Э.М.Форстер, английская литература, слова, язык

00:31 

And I hung my kit-bag on a willow-tree and wept.

Сомерсет Моэм пишет о том, как американская мать, рыдая, обнимает сына, уезжающего в армию. «В Англии эта мать, если бы она и пришла проводить сына на вокзал, когда двери вагона открылись, коснулась бы его щеки губами и сказала: "Всего, старина! Будь молодцом!" Улыбнулась бы ему, помахала рукой — и была такова.»
Форстер пишет в "Заметках об английском характере" о том, как расставался на несколько месяцев с другом-индийцем и удивлялся его бурным переживаниям. Сам-то он не собирался демонстрировать отчаяние и даже не очень огорчался: не на век же прощались. Когда он это высказал индийцу, тот обиделся и сказал, что англичане взвешивают чувства, как картофель. Процитирую из другого своего поста: «Э.М. Форстер так описывает английского джентльмена: "Его учили в школе, что проявлять чувства — неприлично, это дурной тон. Не следует выражать большую радость или глубокую печаль, не следует даже, когда говоришь, слишком широко открывать рот, — как бы трубка не вывалилась"("Заметки об английском характере").»
Зато Лоуренс не скрывает сильных переживаний, когда пишет Палмеру после своего ухода из танкового корпуса: «Когда я вошел на станцию военно-воздушных сил в Западном Дрейтоне ..., из верхних окон донеслась неистово спетая "Девчонка из Ричмонд Хилл". Я вспомнил Клаудс Хилл, тебя, Бэнбери — повесил вещмешок на иву и заплакал.» 25.VIII.25
Лоуренс и в "Чеканке" несколько раз описывает свои слезы, больше напоминая англичанина 18 века, чем 20. А ведь в кругу людей своего класса он казался очень сдержанным, даже холодным, хотя и веселым, и очаровательным. Может быть, дело в том, что он был немного другим среди англичан из низших слоев общества, которых не приучали скрывать свои чувства? «Они вообще не притворяются — и мне не нужно среди них притворяться».2.VII.31 Хотя Лоуренс сам так любил выдумывать, играть и, скажем прямо, притворяться, что я и тут ему не доверяю. Действительно ли он плакал, повесив вещмешок на иву? Может быть, просто написал, что плакал?
www.youtube.com/watch?v=uMxrg4Gm0wQ The Lass of Richmond Hill (March)

@темы: английская литература, Э.М.Форстер, ТЭЛ, Сомерсет Моэм, Лоуренс Аравийский, Англия, джентльмены и простые парни

URL
18:52 

Писатели и полицейские

"Мы посидели молча при свете камина. Быстро стемнело.
– Антони Бланш ушел из университета.
– Почему?
– Пишет, что снял квартиру в Мюнхене. Он завязал там роман с полицейским.
– Мне будет недоставать его.
– Мне, я думаю, в каком-то смысле тоже.
Мы снова замолчали и так тихо сидели, не зажигая ламп, что человек, зашедший ко мне по какому то делу, постоял минуту на пороге и ушел, подумав, что в комнате никого нет".
amethyst deceiver мне вчера напомнила этот отрывок из "Возвращения в Брайсхед". А я и забыла, что у Антони Бланша был роман с полицейским в Мюнхене, забыла и не вспоминала, хотя в последнее время много читала о реальных людях, вроде Одена, Ишервуда, Спендера, Брайана Говарда и т.п., увлекавшихся в 20-е- 30-е годы как немцами, так и полицейскими. А тут всё сразу: немец, он же и полицейский. Вспомнила о полицейских. И не только в связи с Э.М.Форстером. Вирджиния Вулф однажды в письме к Квентину Беллу (21 декабря 1933 г.) написала, что не понимает страсти к полицейским у Уильяма Пломера, Хью Уолпола, Акерли, Форстера, Одена, Спендера. Об этом письме вспоминает Флоренс Тамайн в «A history of homosexuality in Europe: Berlin, London, Paris, 1919-1939» (стр.265), говоря о мазохизме джентльменов, увлекавшихся "простыми парнями", а В.Каннингем в книге «Писатели Великобритании 30-х годов» (British writers of the thirties) объясняет слабость этих писателей к полицейским тем, что гомосексуализм преследовался по закону и сексуальный контакт с полицейским воспринимался как волнующая связь с врагом (стр. 55). Но важно и другое: полицейские, как и солдаты, матросы и т.п. «мужчины в форме», были в восприятии интеллигентов подчеркнуто маскулинны.
Вспомнила, как Кон обобщает то, что можно прочитать по этому поводу у разных западных авторов: «Солдат, подобно матросу, живет в закрытом мужском сообществе и в ситуации постоянного риска; его ружье - символ и одновременно продолжение члена, униформа - его вторая кожа. Многие геи обожают наряжаться или наряжать своих партнеров в военный мундир, который позволяет им чувствовать себя более мужественными и принадлежащими к закрытому мужскому братству. Напротив, раздетый и лишенный внешней атрибутики солдат кажется более голым, чем обычный нагой мужчина. Поскольку униформа деиндивидуализирует конкретного матроса или солдата, сексуальная близость с ним символически приобщает гея ко всему мужскому миру. Геи дежурят у казарм и военных училищ не только потому, что лишенный женского общества, бедный и сексуально озабоченный солдат легче идет на сближение, но и потому, это - особая порода мужчин. ...В образах полицейских и сыщиков к военному стереотипу дополняется повышенный риск и чувство парадоксальности ситуации, когда "дичь" соблазняет и побеждает "охотника". Секс с полицейским подтверждает общезначимость гомосексуальных чувств, не чуждых даже тем, кто по долгу службы с ними борется.»Отсюда
Тут мне еще вспомнилось, как я в одной книге (не смогла сейчас ее найти) видела упоминание о том, что Боб Бакингэм рассказывал Форстеру о своем участии в разгоне демонстрации (увы, не помню, кого разгоняли: то ли фашистов Мосли, то ли, наоборот, граждан, устроивших демонстрацию против Мосли). Подумала: какие разные люди — писатель-либерал ("самый культурный (civilized) человек из всех, кого я встречал", по отзыву Т.Э.Лоуренса в письме к рядовому Палмеру) и полицейский, который, может, только что бил кого-то по голове.

@темы: история гомосексуальности, Ивлин Во, Э.М.Форстер, английская литература, джентльмены и простые парни

19:57 

Тридцать лет спустя.

Тут в сообществе я поместила отрывок из интервью (и ссылку на него) с автором новой биографии Сомерсета Моэма,при написании которой были использованы материалы, ранее недоступные исследователям. Я обратила внимание на некоторые детали интервью: например, слова о том, как Моэма критиковали за мнимый цинизм: «Он не игнорировал низменные стороны человеческой натуры... В те времена людей это шокировало, и они предпочитали называть это цинизмом, а не реализмом.»
А в связи с личной жизнью писателя, биограф сказала интересную вещь: «У него было немало романов с женщинами, он любил их. И если бы женился на своей любимой - актрисе Сью Джонс, с которой у него был длительный роман, этот брак мог бы стать для него счастливым, потому что она очень снисходительно относилась к его гомосексуальным связям». Я сперва думала, что после слов о том, что любил женщин и «этот брак мог бы стать для него счастливым» будет сказано, что и гомосексуальность Моэма никогда бы не усилилась. Но биограф вслед за своим героем мыслит реалистично.
А еще я, прочитав слова биографа о том, что в наше время по прежнему любят Моэма, вспомнила и о посмертной судьбе Э.М.Форстера. читать дальше

@темы: английская литература, Э.М.Форстер, Сомерсет Моэм

20:43 

Слово "секс" между двумя мировыми войнами.

Недавно читала в избранном "10 советов желающим писать про секс". Там написано: "Все помнят, что писать надо про то, о чем знаешь по собственному опыту? Так вот, не пишите про секс. Нет такого занятия - "секс", не бывает никакого секса, нормальные люди никогда не занимаются сексом, и вы тоже не занимаетесь. Секс придумали сексопатологи, они же им и занимаются..." Отсюда Подумала, что не всегда этот совет верен. Хотя ведь этот текст и так предназначался, как я поняла, для потенциальных участников мастер-класса Татьяны Устиновой "Как писать про любовь", а не для всех пишущих.
Но у меня возражение возникло по конкретному поводу: я переводила отрывки из писем Т.Э.Лоуренса и Э.М.Форстера и думаю, что для них во многих случаях слово "секс" было важно не меньше, чем для сексопатологов. Такая была эпоха и такие люди. Воспитанные в викторианском духе, но прочитавшие Фрейда.
Мне хочется процитировать слова Е.Гениевой из предисловия к сборнику Вирджинии Вулф, изданному "Радугой" в 1984 году (тогда еще запомнились): "Человеку, живущему в конце 20 века (а уж тем более - в начале 21 -tes3m) ,... все же трудно осознать, чем была первая мировая война для людей начала века. Мир решительно раскололся надвое. Мир до войны представлялся тем, кто побывал в траншеях, не только устаревшим, не только ложным, а попросту нереальным. ... Вековая система ценностей и взглядов: представления о морали, нормах поведения, уверенность в непоколебимости социальных устоев— все трещало по швам."
Дальше говорится о том, что это поколение пыталось разобраться в себе и мире, читая Уильяма Джеймса, Фрейда, Юнга, Анри Бергсона и антрополога Дж.Фрейзера, который "обосновал связь, существующую между сознанием древнего и современного человека, и тем самым дал возможность молодому поколению английских писателей обратиться к мифу как художественной модели постижения неизменной человеческой природы."
Сейчас, когда я заинтересовалась именно этим поколением (разумеется, в первую очередь потому, что к нему принадлежал Т.Э.Лоуренс), мне бросилась в глаза одна его черта: стремление радостно прятаться за словом "секс" от представлений о любви, с одной стороны, и о грехе, с другой. Лоуренс тут очень яркий пример. Даже его официальный современный биограф, Джереми Уилсон, считает, что Лоуренс в послевоенные годы пережил крушение викторианских представлений и ценностей, внушенных ему строгой религиозной матерью. Но Уилсон предпочитает думать, что его герой, пришедший к выводу, что в основе человеческого существования лежит сексуальность, только ужаснулся и с отвращением отвернулся от этой стороны жизни. Я в этом не уверена. Уилсон не рассматривает всего, что ТЭЛ писал о сексуальности. А писал он об этом много и противоречиво. Я цитировала его слова из письма к Шарлотте Шоу о том, что душа и тело это одно и то же, а вот что он пишет об этом в "Чеканке": «..падре тем временем читал проповедь из святого Павла, разглагольствуя о столкновении тела и духа и о нашем долге бороться с многочисленными телесными грехами. Каталог этих грехов побудил нас загибать грязные пальцы, запоминая, какие еще из них осталось нам освоить. Прочего мы попросту не разумели. Наши рядовые слишком здоровы, чтобы ухватить эту нездоровую греческую антитезу плоти и духа. Нерассуждающая жизнь – это гармония, хотя и ни в малейшей степени не христианская.» (Перевод FleetinG_)
Здесь он пользуется привычными ("довоенными"), словами ("телесные грехи", "плоть и дух"), чтобы спорить с теми представлениями, которые за ними скрываются. А вот новые слова — прежде всего "секс"— не связаны с понятием о грехе.
Иногда переводчикам напоминают, чтобы они не увлекались и помнили: sex часто значит не "секс", а "пол". Так вот, у Лоуренса sex почти всегда значит именно "секс".
И когда он пишет "заниматься сексом", он вовсе не хочет так назвать что-то другое: fucking подходит не для всех ситуаций, а слова "заниматься сексом" и "секс" научны и успокоительны, не подразумевают ни любви, ни влюбленности, и помогают увидеть "маленький и безвредный резервуар" там, где раньше все видели "озеро похоти" (слова Форстера). Даже термины, обозначающие то, что считается выходящим за пределы нормы, Лоуренс, не задумываясь, применяет к самому себе: "мой мазохизм остается и останется только моральным" пишет он Лайонелу Кертису в 1923 году (пишет неправду, если, конечно, не относит к моральному мазохизму и флагелляцию); а Форстеру в 1928 году пишет о "Семи столбах мудрости": "это была оргия эксгибиционизма" (которую он не намерен повторять в "Чеканке").
Повторяю, это черта эпохи. Клаус Манн пишет о Голливуде в 1927-1928 гг.: «Разговаривали о любви (или, скорее, о "сексе")...» Но в некоторых случаях люди просто использовали модное слово, не вкладывая в него никакого особого смысла, можно сказать, как любили и занимались любовью раньше, так и продолжали это делать теперь, несмотря ни на какие модные слова, а в некоторых — занимались именно "сексом"— удовлетворением физической потребности, которая больше не казалась чем-то грязным, низменным, "скотским", но и не связывалась в сознании с любовью и нежностью.

@темы: Лоуренс Аравийский, ТЭЛ, Э.М.Форстер, английская литература, язык

URL
16:43 

Heroism and sensitivity

Хотя я еще не дописала то, что хотела, но отвлеклась, потому что, во-первых, нашла (благодаря Stanislavsky) портрет Э.М.Форстера работы Кадмуса (раньше видела только совсем маленькую копию) и могу теперь на него любоваться.

Во-вторых, меня порадовала фраза в предисловии к одному сборнику статей Форстера. читать дальше
"Орел - моюсь, решка - нет."

@темы: Лоуренс Аравийский, ТЭЛ, Э.М.Форстер

URL
23:12 

Т.Э.Лоуренс, Э.М.Форстер и английская цензура начала 30-х годов.

Еще больше сблизила Лоуренса и Форстера готовность бороться с цензурными запретами. Правда, Лоуренс не присоединился к Форстеру, когда тот выступил в защиту романа "Колодец одиночества" Рэдклиф Холл читать дальше
Я попыталась прочитать хоть немного из романа Хенли и книгопоиск помог мне найти знаменитую сцену изнасилования героя, из-за которой, главным образом, и разгорелся скандал. Правда, я нашла лишь ее начало (перевод мой): "Он пытался думать, но не мог, и внезапно мужчина навалился на него всем своим весом. Он сжал кулаки, бормоча: "Отвали, отвали, ты, грязная скотина!"Нескромная сцена (правда, отрывок короткий).
В оригинале.
читать дальше
Подробнее напишу в сообществе.

@темы: Лоуренс Аравийский, ТЭЛ, Э.М.Форстер

23:46 

Странный викторианский брак.

Когда я писала о детстве Э.М.Форстера, я не упомянула об одном любопытном обстоятельстве, связанном с его родителями.читать дальше

Эдди ( Эдвард Морган Льюэллин ) Форстер, отец писателя.
читать дальше

@темы: викторианцы, Э.М.Форстер

03:19 

"Возможно истинная действительность всегда слишком неблагородна"

Бывает, что правда с первого взгляда кажется низкой, но, если присмотреться поближе, оказывается не совсем такой.
В 1966 - 1967 годах, когда Акерли был cтар, а Форстер еще старше (и говорить даже не хочу, сколько ему было), Акерли писал другим друзьям, что "Морган становится дряхлым, poor darling", однако думает лишь об одном. И ему, Акерли, трудно с ним общаться. Сам он сейчас о глупостях не думает, интересуется наблюдениями над птицами, а у Моргана на уме совсем не то: "Я едва смею взглянуть на малиновку - он предпочитает говорить о стояках" ("I hardly dare look at a robin, he prefers to talk about human cock-stands"*- думаю, тут есть игра слов, т.к. при слове robin вспоминается Cock Robin ("Who Killed Cock Robin") И вообще - "зрение у Моргана, может, и плохое, но мужскую наготу он видит вполне хорошо".**
А еще, пишет Акерли, Форстер продемонстрировал ему, до каких пределов может доходить человеческий эгоизм: Акерли с умилением указал на птичек, клюющих ягоды на дереве за окном, а Форстер не умилился, а сказал, что предпочел бы любоваться на ягоды.
Прочитав все это, я огорчилась. Не потому, что разочаровалась в Форстере. Нет и нет, только больше полюбила (а про птичек он, возможно, думал, что пропитание они могут найти и в других местах, не обязательно у него под окном). Огорчилась я из-за Акерли, который был как-никак другом Форстера очень долгое время, но относился к нему, мне показалось, плохо.
Потом я заглянула в другую книгу и прочитала, что в этом же году Акерли, жалевший одряхлевшего Форстера, умер - и Форстер попросил Мэй, жену своего любовника Боба Бакингема (кстати, Мэй была сиделкой), читать ему вслух страницы из книги покойного друга "Мой отец и я". Для того, чтобы читать, видел он все-таки плохо.
А среди бумаг Акерли нашлась недописанная статья о Форстере. В то же самое время, когда Акерли подчеркивал недостатки Форстера в письмах к друзьям, в статье для газеты он писал: "если человеческое существо вообще способно быть сразу и мудрым, и опытным, быть самоотверженным в самых важных смыслах этого слова, быть чуждым зависти, ревности, тщеславия, не питать злобы и ненависти..., быть всегда надежным, тактичным, благородным, никогда не поступать подло, Морган приблизился к этому насколько возможно. "***
*The Ackerley letters‎ .1975 - Стр. 304
**Homosexuality and literature, 1890-1930 by Jeffrey Meyers.1977 -Стр.110
***A Companion to E.M. Forster by Sunil Kumar Sarker.2007 - Стр.98-99

@темы: Э.М.Форстер

02:26 

Я продолжаю писать о любви и дружбе в жизни Э.М.Форстера.

В прошлый раз речь шла о его дружбе с Зигфридом Сассуном и Т.Э.Лоуренсом и тема эта еще не исчерпана. Но хочу упомянуть и о том, как в описываемое время (я дошла до 1928 года, когда Форстер переписывался с находящимся в Индии Лоуренсом) протекал его поиск спутника жизни - среди более или менее временных партнеров, с которыми он обычно знакомился у Акерли. Подобный образ жизни его не во всем устраивал. Ему уже стало ясно, что постоянный партнер, как и временные, мог скорее всего найтись среди мужчин из низших классов. И дело было не только в деньгах (хотя, не будем лицемерить, без их помощи рассчитывать ему было почти не на что). Для некоторых молодых людей "из простых" много значило уже одно то, что он был джентльмен, а теперь стал еще и знаменитым писателем. Точка зрения Форстера на его отношения с простыми парнями яснее всего выражена в одном письме к Т.Э.Лоуренсу, но тут необходимо рассказать, что послужило причиной этого письма.
Я уже упоминала о том, что в гостях у Лоуренса Форстер познакомился с молодым солдатом Эдвардом Палмером по прозвищу Пош (Posh, что обычно переводится как "шикарный"), "сообразительным и музыкальным кокни". Палмер и другой рядовой из числа друзей Лоуренса, Мидлтон, в дальнейшем переписывались с Форстером и Палмер (о Мидлтоне не знаю) останавливался у него, когда приезжал в Лондон. Форстер вместе с Лоуренсом стал помогать Палмеру, когда тот решил уйти из армии и потом жениться. Для этого нужны были деньги. Лоуренс решил продать экземпляр, как я поняла, самого первого, еще не сокращенного издания "Семи столпов", отпечатанного им в Оксфорде в количестве восьми экземпляров. У Поша был рисунок, нарисованный с него Огастесом Джоном (автором самых известных изображений Лоуренса), который он тоже решил продать. Форстер согласился найти покупателей. Сперва я думала, что его участие в этом деле объяснялось лишь желанием услужить Лоуренсу (и так пишет наиболее известный биограф Форстера, Фербенк), но чем больше читаю об этой истории, тем больше убеждаюсь, что Пош и сам по себе вызывал интерес у Форстера. Этот юноша был не совсем обычным рядовым, судя по тому, что Т.Э.Лоуренс писал о нем Шарлотте: "Маленькое смуглое создание, полное энергии, быстрое, изменчивое. В его крови музыка... он больше поглощен шутками и шалостями, чем три обычных человека; застенчив, тих, не считая того, что вскрикивает, как испуганная ворона, когда совершенно счастлив. Лет ему около 22-23, завербовался в 15, был дважды ранен..." Думаю, достаточно для того, чтобы представить Поша Палмера, хотя я тут привожу меньше половины того, что о нем пишет Лоуренс, почему-то решивший, что Шарлотта Шоу будет счастлива прочитать подробное описание совершенно незнакомого ей солдата. В том же письме он сообщает, что Палмера опьяняет музыка и он больше всего любит музыку такого сорта, которая его особенно опьяняет - например, Моцарта и вальс из "Кавалера Роз" Рихарда Штрауса.
У меня создалось впечатление, что Форстеру эта последняя черта, необычная для простого солдата, должна была не так уж и понравиться. Думаю так из-за того, что он написал Лоуренсу: "Как вы правы в том, что эти парни — ребята, как их еще называют — любят быть "шикарными"; нас же они больше занимают тогда, когда грязны, застигнуты врасплох и естественны. Отсюда существенная неискренность в отношениях с ними".(Letters to T.E. Lawrence ed. by Arnold Walter Lawrence 1962 стр.70 "How right you are that this chaps, fellows, whatever one calls them, like to be posh, whereas we are amused by them most when they are dirty, off their guard, and natural. Hence a fundamental insincerity in one`s intercourse with them")
*Я долго думала, как перевести эти chaps, fellows, стоящие рядом, и ничего лучшего в голову не пришло.
Дальше в этом письме в указанном издании пропущено три параграфа и приведена лишь подпись в конце письма.
Надо сказать, что и вся информация о взаимоотношениях писателя с Палмером доступна мне настолько фрагментарно, что пока целостной картины не возникает. Поэтому я не буду рассуждать о том, выказал ли Форстер самому молодому человеку как0й-то иной интерес, кроме дружеского, и как тот к этому отнесся.Хотя из того, что известно, многое требует пояснения: например, именно Форстера и Палмера ТЭЛ приглашал в Клаудс Хилл незадолго до гибели. Причем Форстер должен был провести неделю в мае, а Палмера Лоуренс звал на все лето, сообщив заодно, что Форстер долго не пробудет, т.к. не привык обходиться без многих удобств, которых до сих пор не было в Клаудс Хилл (там была ванна, но не было туалета; не проведены были газ и телефон). Вот это обнадеживание меня удивило. До этого ничто не говорило о том, что Палмеру может быть неприятно общество Форстера. Хотя это могло значить лишь то, что Палмеру, находившемуся тогда в состоянии депрессии, не хотелось общаться ни с кем (кроме ТЭЛ), и никак не указывает на то, что он стал избегать именно Форстера.

@темы: джентльмены и простые парни, Э.М.Форстер, ТЭЛ, Лоуренс Аравийский

19:07 

В статье о слове buggery (cодомия) в "Gay histories and cultures: an encyclopedia" George E. Haggerty ссылаются на дневник Вирджинии Вулф, чтобы показать, что она использовала грубое слово bugger "провокационно, как вызов вежливой речи": "At Duncan's show, we met the Bugger boys, Joe, Morgan, William", т.е. "На выставке Дункана [Гранта] мы встретили педиков Джо, Моргана, Уильяма [Акерли, Форстера, Пломера]"
(Думаю, Т.Э Лоуренс был не совсем прав, когда писал Форстеру, что "Вирджиния явно видела вас только с той стороны, что открыта общественности").
Кстати, посмотрев в Википедии, что пишут про Уильяма Пломера, обнаружила, что этот южноафриканский писатель (белый) , про которого сказано, что он "вошел в английские литературные круги, благодаря дружбе с Вирджинией Вулф" и не был открытым геем, однажды издавал журнал вместе с Лоуренсом Ван Дер Постом (автором романа, по которому поставлен фильм "Счастливого Рождества, мистер Лоуренс"), а в 20-е годы жил в Японии с каким-то японцем.
Портрет Пломера 1929 года работы Эдварда Вулфа (просто однофамильца Вирджинии)
1."Gay histories and cultures: an encyclopedia" George E. Haggerty, стр.230.
2.The Diary of Virginia Woolf: 1936-1941 ed. by Anne Olivier Bell - 1984, Стр. 120

@темы: язык, Э.М.Форстер, Вирджиния Вулф, история гомосексуальности

00:51 

Счастье

"Мне кажется, что я стал счастлив. «Почему, — жаловался Э.М.Ф.,— с годами оказывается все труднее и труднее писать это слово?» Потому что, когда мы пишем, мы не счастливы: мы лишь вспоминаем счастье: а восстанавливать в памяти преувеличенные тонкости счастья — в этом есть что-то нездоровое, незаконное: это превышение кредита, выданного жизнью.

Если бы счастье принадлежало нам по праву, мы могли бы сделать его своей привычкой, эгоистично замыкаясь в нем: хотя этот полный покой ограниченного круга не сравнится с половинчатым покоем более широкого: но счастье, хотя оно изначально зависит от нашего внутреннего равновесия желаний и возможностей, отдано также на милость нашего внешнего окружения. Один диссонанс в нем — и весь день расстроен."
Т.Э.Лоуренс ("Чеканка")
Перевод FleetinG_

@темы: Лоуренс Аравийский, Э.М.Форстер

URL
22:08 

О любви в жизни и литературе (из письма Э.М. Форстера Т.Э.Лоуренсу)

"...я думаю о моем замечании, которое вы как-то одобрили и оно стало вашим в моем сознании. Оно было насчет любви: что она переоценена и истрепана бесчисленными описаниями и что предпочтительные отношения между людьми - это смесь дружелюбия и похоти. Д + П = л, поделенная на неизвестную величину (по-английски интереснее: F+L=l/x ) - вот что я хотел предложить вам вычислить, но, конечно, написал уравнение неправильно. Я думаю, любовь нелепо разрекламирована, но дело, возможно, опять-таки в моем возрасте. Так много нового должно быть сказано о человеческих взаимоотношениях теперь - когда озеро похоти было исследовано и оказалось маленьким и безвредным резервуаром".(Думаю, в последнем предложении Форстер имеет в виду психоанализ (Т.Э.Лоуренс, кстати, еще в 1923 году писал, что жизнь в казарме танкового корпуса показала ему правоту Фрейда).
Мой пост в сообществе
А это для красоты:

Нашла картинку где-то в сети.

@темы: Лоуренс Аравийский, Э.М.Форстер

URL
21:49 

Э.М.Форстер, Зигфрид Сассун, Т.Э.Лоуренс. История дружбы. 3ч

Продолжение. Начало тут и тут.
В письме матери 23.3.1924 года Форстер описывает, что жизнь в Клаудс-Хилл ему понравилась - даже то, что ели они не за столом, а держа тарелки на коленях ("очень мило и странно") - и сообщает, что, пока Лоуренс занимался делами, связанными с изданием книги, он предложил "одному из других солдат" прогуляться по окрестностям. Солдат описан как "сообразительный и музыкальный кокни" (явно "Пош" Палмер), с которым они подружились. А о самом хозяине дома Форстер пишет матери: "Лоуренс мне нравится, хотя он, конечно же, странный и тревожный (I like Lawrence though he is of course odd and alarming)". Подруге Флоренс Баргер он написал, что и читать Лоуренса, и общаться с ним большое счастье, потому что тому удается заставить человека ощутить и себя способным сделать все то, что совершил сам Лоуренс. "Я не знаю, признак ли это гения, но встречается такое редко". Однако Форстеру хотелось лучше узнать Лоуренса, хотелось, чтобы и он рассказывал ему о своих чувствах, как Сассун и Акерли. Но тот казался замкнутым и ускользающим, хотя и любезным. Форстер даже начал считать его неспособным испытывать привязанность, но, как позднее признавался, изменил свое мнение, когда Лоуренс, уезжая в Индию, подарил ему "великолепный экземпляр" новой редакции "Семи столпов мудрости"(издание по подписке). Форстер проницательно подметил одну важную черту Лоуренса: "он был в состоянии отклонить близость, не ослабляя привязанность". Именно это, а также и упомянутая выше способность Лоуренса воодушевлять окружающих, внушать им веру в себя, составляли в глазах Форстера основу харизматического лидерства Лоуренса. Кстати, когда Форстер находился в творческом кризисе, только Лоуренсу удалось убедить его в том, что он способен продолжать писать.
Как раз во время службы Лоуренса в Индии, когда они могли только переписываться, их дружба укрепилась - благодаря рассказу Форстеру "Доктор Вулэкотт", глубоко затронувшему самые важные и болезненные для Лоуренса темы. Я писала об этом отдельно. Джефри Майерс в статье о дружбе этих двух писателей очень точно написал: "Хотя в то время, как Форстер кормил свою кошку хлебом с маслом и читал лекции в Кембридже, Лоуренс, потный и грязный, возился с самолетными двигателями в Вазиристане, мысли их текли параллельно". Параллельно на диво, несмотря на нежелание Лоуренса обсуждать свою личную жизнь, что мне, кстати, напоминает слова Пруста, обращенные к Андре Жиду, о том, что, обсуждая сексуальность, можно говорить всё, что угодно, если не признаваться в том, что это о себе самом. (Вообще о Лоуренсе и Прусте надо писать отдельно: я уже упоминала о том, как Пруст анализировал гомоэротическую основу одержимости войной и мужским братством у некоторых людей, причем теперь у меня мелькнула мысль, а не учитывал ли он рассказы о Лоуренсе, "Принце Мекки"? Почему бы и нет? Ведь упоминает же о Лоуренсе ("полковник Флоренс") его однофамилец в своем романе "Любовник леди Чэттерли". А в то время, как Пруст писал "Обретенное время", в Париже обсуждали и легендарные подвиги, и странности знаменитого англичанина.) Лоуренс в письме, написанном еще до того, как он прочел потрясший его рассказа, выразил нежелание читать неопубликованный роман ("Морис"), так как Форстер и не скрывал, что роман очень личный: "Я чувствовал, что это похоже на вашу последнюю крепость и если я прочитаю, вы откроетесь мне весь - и предположим, мне это не понравится? Я так смешно устроен в чувственном отношении (в письме слово неразборчиво написано, поэтому одни читают sensually (The letters of T.E. Lawrence, ed.David Garnett - 1939), другие sexually (The Letters of TE Lawrence, ed. Malcolm Brown 1988). В настоящее время вы во всех отношениях правы в моих глазах - это потому что вы очень о многом умалчиваете, как и я. Если бы вы знали обо мне все (возможно, вы и знаете: ваша проницательность так велика. Могу ли я написать вместо этого "если бы я знал, что вы знаете..."?) вы бы предпочли даже не думать обо мне."
(It was like your last keep, I felt: and if I read it I had you: and supposing I hadn't liked it? I'm so funnily made up, sensually. At present you are in all respects right, in my eyes: that's because you reserve so very much, as I do. If you knew all about me (perhaps you do: your subtlety is very great: shall I put it 'if I knew that you knew...'?) you'd think very little of me. )8.IX.27
Такие уклончивые и непонятно на что намекающие письма (о своих догадках на этот счет я лучше потом в сообществе напишу), разумеется, еще больше усиливали желание Форстера прорвать оборону Лоуренса. Письма в связи с "Доктором Вулэкоттом" кое- что объяснили, но последние крепости, охраняющие тайны Лоуренса, так и остались неприступными. Все же Форстер и без того был привязан к своему другу и часто встречался с ним, когда Лоуренс вернулся в Англию. Форстер полюбил "счастливую небрежность" (happy casualness) жизни в Клаудс-Хиллс. С удовольствием он описывает кусты азалий вокруг дома, еду из консервных банок и китайский чай в "миленьких чашках, покрытых черной глазурью".
Он хорошо ладил с Лоуренсом, хотя их взаимные комплименты иногда напоминали разговоры Манилова с Чичиковым. "Это вы - "более великий гений, чем я" -пишет Форстер в ответ на лесть. Лоуренс возражает: "Не противоречьте мне: вы только потеряете время! Я чувствую, что хочу сказать "дорогой мэтр" - и перестаньте делать из меня дурака... Не смейтесь над тем, что я пишу, говоря, что это лучше, чем ваше..."; "Я недостоин читать то, что вы пишите".
Я слишком увлеклась описанием Т.Э.Лоуренса, хотя главный герой этих записей, по замыслу, Э.М.Форстер. Постараюсь в следующей части, которая, наверное, будет последней, писать больше о нем, а также вспомнить о Сассуне.

@темы: Э.М.Форстер, Лоуренс Аравийский, Зигфрид Сассун

23:19 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
18:58 

Э.М.Форстер, Зигфрид Сассун, Т.Э.Лоуренс. История дружбы. 2 ч.

Читая "Семь столпов мудрости", Зигфрид Сассун пришел в восторг, собственный военный опыт показался ему незначительным, а о Лоуренсе он стал думать как о "безупречном свехчеловеке". Но Лоуренс-автор был не так безупречен как Лоуренс-герой книги. Сассун не вполне поверил скромности, с которой Лоуренс спросил о книге: "Хоть что-нибудь из этого чего-то стоит?" Он ответил: "Ах, чтоб тебя, сколько еще, по твоему, я должен тебя успокаивать насчет твоего гребаного шедевра? Это ВЕЛИКАЯ КНИГА, пропади ты пропадом! Ты удовлетворен?" Лоуренс поблагодарил его за "замечательное письмо" и добавил: "Только суждения вроде твоих и Шоу могут меня немного успокоить на этот счет.... Это много значит, потому что я собираюсь сыграть Nunc dimittis ("Ныне отпущаеши"), если приду к такому решению". Лоуренс, как всегда, выражался замысловато, но Сассун понял, что тот угрожает самоубийством. Окружающие прощали Лоуренсу такие выходки, вот и Сассун не перестал преклоняться перед героем. А когда Лоуренс вскоре после этого пришел к Сассуну сам, тот, глядя на гостя, мирно пьющего чай с бисквитами, такого "маленького и погруженного в себя", почувствовал, что хочет его защищать и оберегать. Биограф Джин Муркрофт Уилсон пишет, что Сассун вообще был склонен испытывать такие чувства (он и женился позднее именно для того, чтобы иметь собственного ребенка, о котором можно было бы заботиться), а Лоуренс замечательно умел такие чувства пробуждать. Многим казалось, что он такой беззащитный и несчастный, что вот-вот пропадет - и именно без их помощи (и так он действовал не только на пожилых и бездетных Бернарда Шоу и его жену Шарлотту, но и на 19-летнего шотландца Джона Брюса, который как раз незадолго до этого - в сентябре 1923 года - после долгих уговоров согласился его сечь ). Вот и Сассун захотел как-нибудь помочь ему - хотя бы с книгой. Он считал, что сам не разбирается в прозе настолько, чтобы редактировать и давать советы, для этого требуется тонкий и проницательный критик. Сассун попросил разрешения показать книгу Форстеру. Он не сомневался, что тому многое в "Семи столпах мудрости" будет близко - особенно любовь к востоку и еще одна любопытная особенность мировоззрения автора.
Действительно, Форстер был поражен, раскрыв книгу и обнаружив в начале первой же главы слова о юношах, "удовлетворяющих скромные потребности друг друга своими чистыми телами " (что автор считает целомудренным поведением, поскольку иначе этим чистым юношам пришлось бы обратиться к грязным проституткам, блуждающим неподалеку, или же губить здоровье воздержанием), о "друзьях, дрожащих вдвоем на податливом песке, сблизив горячие конечности в наивысшем объятии", которые таким образом "находят скрытое в темноте чувственное соответствие той страсти разума, что вплавила душу и дух каждого из нас в единое пламенное усилие." Можно себе представить, как такие пассажи изумили тех немногих, кто прочитал их тогда, если даже современные читатели находят их jaw-dropping (из отзыва в сети). Изумило, разумеется, не то, что автор так думал, а то, что он посмел это написать и напечатать. Форстер позднее написал, что за откровенность в области секса, проявленную Лоуренсом, большинство других писателей были бы схвачены полицией (sexual frankness which would cause most authors to be run in by the police).
Разумеется, это было не единственное достоинство книги, которую Форстер счел шедевром (как Шоу, Черчилль, Оден и еще многие другие). Правда, он не стал на этот раз писать слишком восторженно, чтобы не отпугнуть автора. Однако разбор книги в письме к Лоуренсу был, конечно, лестным. Форстер заодно попросил разрешения скопировать три отрывка - один за красоту, два "по другим причинам"(по тем, о которых я писала выше), на что получил разрешение в ответном письме и предложение делать с книгой все, что пожелает. Лоуренс рассыпался в комплиментах: по его письму получалось, что Форстер велик, а сам он ничтожен. Так он продолжал держаться с ним и дальше ("если блоха может ощущать свое родство со львом...", "well, you can't imagine how the worm then tries to uplift itself! I am not impugning your imagination, in that remark, but your worminess. Never having been a worm, you can't really know a worm's feelings"), что застенчивого писателя не могло не смущать. Однако вряд ли хоть немного смущался Лоуренс. В первом же письме он попросил Форстера помочь ему в работе над книгой, раз уж такой великий гений до него снизошел. Вскоре они встретились лично. Рассказывая о встрече Сассуну, Форстер признался, что "едва сдерживался, чтобы не потерять в его присутствии самообладание... А я не имею права терять самообладание. Недостаточно красиво." После этого Форстер стал иногда приезжать в Клаудс-Хилл, маленький дом Лоуренса в Дорсете, в котором тот отдыхал от казармы. Там обычно проводили время и его друзья - рядовые Артур Рассел и Э.С. "Пош" Палмер. С последним Форстер подружился и даже помогал - не знаю, ради него самого или чтобы угодить Лоуренсу. Палмер женился и нуждался в деньгах, а Лоуренс хотел продать один из экзампляров "Семи столпов мудрости" в его пользу (еще он поступил так же с изображающим его рисунком О.Джона). Взялся за это Форстер. При частом общении с новым другом Форстеру открылись и его слабости, и его смешные черты. Лоуренс, по его мнению, явно позировал, превращаясь из "скрытного оксфордского магистра искусств" в какого-то "разудалого пирата".
Однако проведя некоторое время в гостях у Лоуренса (они работали над новой редакцией "Семи столпов"), Форстер написал о нем Сассуну так: " Он редкое, нездешнее, сверхъестественное, но привлекательное создание. Я подозреваю, что он занимается какими-то практиками, вроде йоги: иначе не могу объяснить его отношения к телу — к его собственному и к телам других людей. Он считает тело грязным и поэтому не одобряет добровольный физический контакт с телами других. Не сомневаюсь, что от этого и рукопожатие такое вялое. Хотелось бы знать, была ли у него эта черта до того, как его пытали в Дераа". Форстер был очень наблюдательным, хотя и не догадался, какими именно "практиками" занимается Лоуренс.
Сассун имел свою точку зрения на Лоуренса. Он не верил в его отказ от "физических контактов с телами других". Сассун и Лоуренс часто встречались в гостях у Томаса Гарди, перед которым оба преклонялись. Хотя они и принадлежали к поколению, отвергавшему викторианство, но Гарди был живым классиком, подлинно великим романистом - то есть викторианцем, которым не стыдно было восхищаться. Сассун появлялся у него со Стивеном Теннантом - и старый писатель, не подозревавший о том, что Сассун гомосексуалист, умилялся "дружбе этих молодых людей" (для него и Сассун был совсем молод). А Лоуренс, часто приезжавший к великому писателю на своем мотоцикле, иногда привозил с собой юного Артура Рассела, рядового, служившего вместе с ним в танковом корпусе. Сассун пристально наблюдал за Лоуренсом и "маленьким Расселом" и после того, как однажды пил чай в Клаудс -Хилл в компании их обоих, записал в дневнике, что пришел к заключению: Рассел — любовник хозяина Клаудс-Хилл. Однако он не осмелился спросить об этом у них самих. Зато он намекнул на свою догадку Лоуренсу, назвав Рассела его "Патроклом". Лоуренс, видимо, посчитал нужным намек не заметить, а Рассел его просто не понял. О том, кто такой Патрокл, он в общих чертах знал, но, возможно, из какого-нибудь пересказа мифов для детей, и никаких смущающих душу толкований не ведал, поэтому отнесся к прозвищу с гордостью и с тех пор стал так сам себя называть*. Боюсь ошибиться, но мне кажется, что о том, как именно по этому поводу писал в своем дневнике Сассун, стало известно недавно - из биографии, написанной Дж.М.Уилсон (издана в 2003г).
*С Лоуренсом он дружил до смерти последнего и был одним из поддерживающих концы покрова на похоронах Лоуренса. На его деньги в 1985 году была поставлена скамейка возле могилы Лоуренса - с надписью "От "Патрокла" Рассела". Умер он в 1997 году, в возрасте 93 года, а я видела его фотографии в возрасте 82 лет (в 1986) - никогда бы не дала ему столько, так хорошо он там выглядит.
Основная литература:
читать дальше

@темы: Э.М.Форстер, Лоуренс Аравийский, Зигфрид Сассун

03:22 

Э.М.Форстер, Зигфрид Сассун, Т.Э.Лоуренс. История дружбы. 1 ч.

Я отвлекусь от историй о любви в жизни Форстера и расскажу о важной для него дружбе с Зигфридом Сассуном и Т.Э.Лоуренсом.
Э.М.Форстер впервые увидел Лоуренса, "Принца Мекки", в 21 году на приеме в лондонском доме эмира Фейсала. Не знаю, как себе представлял Форстер новую знаменитость, но увидел он "невысокого белокурого мальчика" (Лоуренсу было ему тогда уже 33 года, но в жизни, в отличие от фотографий, он всегда казался моложе своего возраста). Под впечатлением от рассказов о подвигах полковника Лоуренса (который, кстати, был на самом деле не Colonel, a Lieutenant Colonel), Форстер написал тому восторженное письмо, но ответа не получил. Затем Форстер уехал в Индию. В 1922 году, вернувшись в Англию, он познакомился с Зигфридом Сассуном, тоже модной знаменитостью - героем войны и выдающимся поэтом, чьи стихи знал наизусть Уинстон Черчилль (о его секретаре Эдварде Марше и говорить не стоит). Сассун на войне за безрассудную храбрость был прозван солдатами Mad Jack (это в знак восхищения, не сомневайтесь) и награжден орденом Воинский крест. Орден он, по его словам, в знак протеста против войны выбросил в реку, возвращаясь домой с фронта.
В связи с чем нужно сделать отступление. Недавно я искала материалы о дружбе Лоуренса и Сассуна и нашла заметку 1998 года: из документов военного времени стало известно - Лоуренс говорил неправду о том, что до поступления в Оксфорд, убежав из дома в 16 лет, завербовался в армию (т.е. из дома-то он, может, и убегал, но в армии тогда не служил). А рядом была заметка о Сfассуне, который по контрасту казался истинным героем. Правдивым, помимо прочего. Тогда я пошла по следующей ссылке и обнаружила, что в 2007 году на чердаке дома Зигфрида Сассуна была обнаружена та самая медаль, которую он якобы выкинул в реку. Ну, по крайней мере то, что он ее заслужил на войне своей храбростью, правда. А остальное напоминает читателям о том, что не всякому заявлению писателя (да и кого угодно) следует верить, даже если оно напечатано. Напоминаю, что многие исследователи считают выдумкой рассказ Лоуренса о том, что с ним сделали турки в Дераа, хотя другие основывают на этой истории все свои объяснения его жизни после войны.
Но возвращаюсь к дружбе Сассуна с Форстером. Поэт был очарован новым другом, только записал, что не испытывает к нему сексуального влечения, хотя гомосексуальность их сближает. А вот от Роберта Грейвза, друга военного времени, Сассун начал постепенно отдаляться: Грейвз пытался отделаться от своего прошлого, объясняя прежние гомосексуальные связи губительным возлиянием частной школы). Форстер казался Сэссуну "настоящим другом" и "милейшим из людей" (тут он был прав), с которым общаться легко и приятно, хотя рядом с ним поэт и ощущал себя недостаточно интеллектуальным. Сассун показал Форстеру свои тайные дневники, а тот в ответ дал прочитать ему роман "Морис".
С Лоуренсом же Сассун познакомился еще раньше, чем с Форстером. "Маленький человек в длинном грубом коричневом пальто, выглядевшим купленным в магазине готового платья"; странная маленькая фигурка в темном комбинезоне и со смуглым чумазым лицом" - последнее описание относится к периоду, когда Лоуренс начал уже свои "хождения в народ", завербовавшись сперва в авиацию под именем Джон Хьюм Росс, а потом, когда его исключили оттуда (после шума поднятого прессой, обнаружившей, что легендарный герой стал рядовым) в танковый корпус под именем Т.Э.Шоу. Снобистский оттенок в отзывах Сассуна биограф объясняет его происхождением из богатой семьи. Влюблялся он обычно в красивых юношей, намного моложе себя. Лоуренс не показался ему сперва очень привлекательным, даже несмотря на его громкую славу. Трудно было ожидать, что скоро все изменится и, увидев Лоуренса, внезапно зашедшего к нему в гости, обычно самоуверенный Сассун будет метаться взад-вперед по комнате по комнате, беспорядочно жестикулируя и задавая бессвязные вопросы, словно не веря чуду. А объяснялась эта перемена тем, что Сассун прочитал присланный ему Лоуренсом экземпляр первого варианта "Семи столпов мудрости". Автор сам отпечатал эту книгу в Оксфорде в количестве восьми экземпляров и отослал тем, кто, как ему казалось, мог ее оценить, тем, перед кем он сам преклонялся: Бернарду Шоу, Томасу Гарди, Киплингу. И Сассуну, о котором Лоуренс в письме художнику Уильяму Ротенштейну писал так: "Сассун поднялся выше всех из нашего военного поколения". Он восхищался энергией и огнем его поэзии и "более спокойным очарованием его прозы".

@темы: английская литература, Э.М.Форстер, Лоуренс Аравийский, Зигфрид Сассун

12:16 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
22:36 

"Я не знал, что такое может быть написано".

Я опубликовала в сообществе свой перевод отрывка из письма Т.Э.Лоуренса Э.М.Форстеру 21 декабря 1927 года с продолжением отзыва на рассказ "Доктор Вулэкотт":
"Турки, как вы, наверное, знаете (или догадались по умолчаниям в "Семи столпах") сделали это со мной — насильно, — и с тех пор я не знал покоя, поскуливая себе под нос: "Нечист, нечист". А теперь я не уверен... У той истории, вероятно, есть другая сторона — ваша сторона. Я никогда не мог этого сделать: думаю, во мне не рождалось еще влечение настолько сильное, чтобы заставить меня прикоснуться к другому существу. Но, возможно, уступив кому-то вроде вашего персонажа, олицетворяющего смерть, можно достичь большего раскрытия возможностей тела — а через это и его более полного конечного разрушения — чем то, что может дать одиночество. Между тем, я ваш должник за переживание такой силы, и сладости, и горечи, и надежды, какое редко кому выпадает".
Весь текст (и оригинал)

@темы: Э.М.Форстер, Лоуренс Аравийский, джентльмены и простые парни

URL
14:06 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL

Дневник tes3m

главная