Записи с темой: The Bonus of Laughter (список заголовков)
02:27 

Алан Прайс-Джонс-2

Алан Прайс-Джонс, как Берти Вустер, учился в Итоне, затем в Оксфорде, но в подготовительную школу, как тот, не ходил, поскольку родители считали его очень умным и слишком чувствительным (он и то, и другое называет полной чепухой) и опасались, что ему грозит умственное перенапряжение. Таким образом, Алана отправили сразу в Итон в 14 лет. До этого он много времени проводил среди взрослых: леди Виктория Доуни, его бабушка по материнской линии и дочь личного секретаря королевы Виктории графа Грея, полагала, что подростку полезно слушать разговоры политиков, дипломатов, генералов и т.п., и неизменно брала внука с собой, отправляясь в гости в загородную усадьбу кого-нибудь из своих друзей. Надо заметить, что у Алана Прайс-Джонса знатные родственники были только с материнской стороны. Его отец родился в семье богатого уэльского предпринимателя сэра Прайса Прайс-Джонса, «классического викторианского магната», как называет его Алан, ничуть не преувеличивая. История сэра Прайса и его потомков разворачивалась почти по Теккерею: «Старик Памп метет лавку, бегает на посылках, становится доверенным приказчиком и компаньоном; Памп-второй становится главой фирмы, нагребает все больше и больше денег, женит сына на графской дочке. Памп-третий не бросает банка, но главное дело его жизни — стать отцом Пампа-четвертого, который уже является аристократом в полном смысле слова и занимает место в палате лордов как барон Памп, а его потомство уже но праву наследования властвует над нашей нацией снобов»*. Отличие в том, что Прайс-Джонс-первый был одновременно и вторым: он начинал подручным у торговца мануфактурой и он же стал главой фирмы и был возведен в рыцарское звание королевой Викторией. И он не захотел, чтобы кто-то из сыновей продолжил его дело, вместо этого он поощрял их идти в армию или стать членом парламента, «вследствие этого, уйдя из жизни в восемьдесят пять лет, он не оставил надежного преемника, и то, что почти 60 лет было могущественной коммерческой империей, ушло в небытие». Алан Прайс-Джонс продолжает: «И поэтому с годами мы почувствовали себя неуютно бедными. ... Впрочем, ничто не изменилось. Был "Хамбер", кажется, и — поскольку ни папа, ни мама не умели водить машину — шофер. Были дворецкий, повар и столько горничных, сколько нужно».
читать дальше
* Уильям Мейкпис Теккерей, «Книга снобов, написанная одним из них» (перевод Н.Л.Дарузес).
Остальные цитаты — фрагменты автобиографии Алана Прайс-Джонса "The Bonus of Laughter" (1987). Я потом добавлю ссылки на страницы.

@темы: гомосексуальность, биографии, английская литература, public schools, The Bonus of Laughter

16:52 

Алан Прайс-Джонс-1

Некоторое время назад я читала воспоминания Джонатана Гэторн-Харди. Он упоминал своего дядю Эдди Гэторн-Харди (одного из Bright Young Things), я поискала его фотографию в сети и вроде бы нашла, даже поместила у себя, но потом выяснила, что это фотография Алана Прайс-Джонса работы Хорста.

Мне стало интересно, кто это, и я нашла его воспоминания. Алан Прайс-Джонс (1908-2000) — такой же, как и Джонатан Гэторн-Харди, типичный британец из привилегированных слоев общества, только старше на 25 лет. Тоже литератор. Кстати, обнаружилось, что мать Прайс-Джонса — сестра Алана Доуни, сослуживца Т.Э.Лоуренса.
Я сперва хотела процитировать из книги Алана Прайс-Джонса только фразу об одном эвфемизме для обозначения гомосексуальности в Англии начала XX века, но потом перевела весь отрывок, в котором упоминается этот эвфемизм. В квадратных скобках мои объяснения мест, непонятных вне контекста всей книги.
Алан Прайс-Джонс вспоминает друга семьи его родителей — Роберта Прэтта Барлоу: «Он был офицером гвардейского полка Колдстрим, как мой отец и дяди. Они, любя, его поддразнивали — разве он не был музыкален (слово, которое около 1910 года также служило эвфемистическим обозначением гомосексуальности)? Он опубликовал вальс, который часто играли на лондонских балах, написал по крайней мере одну песню на слова Алана Доуни; его деньги помогли Ноэлю Кауарду получить образование; он играл на фортепиано с журчащей неточностью; он унаследовал состояние; он был холостяком. Неудивительно, что его собратья-офицеры относились к нему чуть подозрительно.
Насколько это касалось меня, их подозрения были напрасны. Безусловно, я чрезвычайно многим ему обязан. В 1931 году он собрался поехать на Дальний Восток c Аланом Доуни, но в последнюю минуту мой дядя был назначен главой штабного колледжа в Сандхерсте, так что не мог оставить Англию. Билеты были уже куплены, и в это время Бобби Прэтт Барлоу вспомнил, что, когда речь заходит обо мне, молчание моего отца становится все дольше и все мрачнее. [За три года до этого Алан был отчислен из Оксфорда, где "даже и не пытался делать вид, что учится" (отсюда), поэтому отец беспокоился о его будущем.] Почему бы мне не поехать вместо дяди? Согласие было получено, и вскоре я уже ехал на Сицилию — в дом, где Барлоу проводил зимы.
Я ничего не знал о путешествиях за границу. Мой отец не доверял иностранцам, за исключением нигерийцев, к которым он сохранил теплую память, вроде той, что может остаться о неуклюжем, но милом домашнем питомце. [Как нетрудно догадаться, отец автора со своим полком некоторое время находился в Нигерии.] Мама один или два раза ездила с братом в Монте-Карло на двух машинах: багаж — на "Нейпире", брат с сестрой — на "Даймлере". Она гостила у своих дядей, когда один был генерал-губернатором Канады, а другой — вице-королем Индии, но при обстоятельствах, не дающих представления о путешествиях в целом. Я довольно часто самостоятельно ездил во Францию, но лишь однажды был за пределами Европы, в Марокко, и то лишь потому, что меня взяли с собой еще один колдстримский офицер и его мать — сочетание, которое для моего отца означало безопасность».
читать дальше

@темы: The Bonus of Laughter, Англия, биографии, гомосексуальность, слова

22:36 

Флоранс Тамань о "культе гомосексуальности" в Оксфорде между мировыми войнами. 2

Гомосексуальность в Окфорде, по словам Флоранс Тамань, была одним из признаков, по которому студенты разделялись на два недолюбливавших друг друга клана: гетеросексуальных "атлетов" (спортсменов) и гомосексуальных "эстетов". Гомосексуальность ассоциировалась с любовью к искусству и литературе. Алан Прайс-Джонс писал: «Быть педиком (fag*) было так же изысканно, как немного знать о додекафонии или картине Дюшана "Обнаженная спускается по лестнице"».

Эстеты подчеркивали оригинальность своего внешнего вида и манер. Типичный оксфордский эстет того времени, Стивен Спендер, вспоминал: «Для них ["атлетов"] мой интерес к поэзии, живописи и музыке, недостаток интереса к спорту, экстравагантность моей одежды и наружности были признаками извращенности.»
Стивен Спендер «носил красный галстук, "стал плохим патриотом", провозгласил себя пацифистом, социалистом и гением» (звучит забавно, но так пишет Тамань). На стенах у него висели репродукции Гогена, Ван Гога и Пауля Клее, а в хорошую погоду он обычно сидел на скамье во внутреннем дворе колледжа, читая сборники стихов.

"Атлеты, в свою очередь, иронично и неодобрительно описывали тех, кого считали извращенцами". Исайя Берлин описал в воспоминаниях миловидного молодого человека, который представлялся как Франсуа Капель, хотя звали его Фрэнк Кертис. "Он носил розовый жакет, жилет, который надевают со смокингом, и лиловые (purple) брюки, что вряд ли было обычно даже и в то время". А когда этого юношу спросили, в каком колледже он учится, он ответил: "Дорогой мой, я на самом деле даже и не помню".

читать дальше
Начало было тут

@темы: оттенки цвета, Ивлин Во, Англия, гомосексуальность, The Bonus of Laughter

Дневник tes3m

главная