Алан Прайс-Джонс считал, что ранние романы Ивлина Во ("Упадок и разрушение" и "Мерзкая плоть"), хоть и были восприняты многими как сатирические фантазии, точно передают стиль жизни английской светской молодежи 20-х и 30-х годов (1). Они с Ивлином Во никогда не были близкими друзьями, но жизнь часто сводила их вместе — сперва в Оксфорде, потом в лондонском свете и в литературных кругах (Алан не преуспел как писатель, но стал известным критиком), и они имели множество общих знакомых и друзей.

Элизабет Понсонби c Хью Уэйдом, пианистом из клуба "Blue lantern" (отсюда).
Алан был кузеном одной из самых известных Bright Young Things — Элизабет Понсонби (ее считают прототипом Агаты Рансибл в "Мерзкой плоти"). Она, по словам Прайс-Джонса, была «совершенным олицетворением той эпохи» (1), а эпоху он описывает так: «Время тогда расточалось неимоверно. В семнадцать лет я оказался в глупом мире, где каждый был наряжен так, что мог в любую минуту пойти на званый вечер; в самом деле, в поездки брали смокинг и матросскую форму, которая, как мы обнаружили, была самым легким и простым вариантом маскарадного костюма» (2).
читать дальше

Элизабет Понсонби c Хью Уэйдом, пианистом из клуба "Blue lantern" (отсюда).
Алан был кузеном одной из самых известных Bright Young Things — Элизабет Понсонби (ее считают прототипом Агаты Рансибл в "Мерзкой плоти"). Она, по словам Прайс-Джонса, была «совершенным олицетворением той эпохи» (1), а эпоху он описывает так: «Время тогда расточалось неимоверно. В семнадцать лет я оказался в глупом мире, где каждый был наряжен так, что мог в любую минуту пойти на званый вечер; в самом деле, в поездки брали смокинг и матросскую форму, которая, как мы обнаружили, была самым легким и простым вариантом маскарадного костюма» (2).
читать дальше